Здесь даль видна в
просторной раме:
За речкой луг, за лугом
лес,
Здесь ливни черными
столпами
Проходят по краям небес.
Здесь радуга высоким
сводом
Церковный покрывает
крест
И каждый праздник по
приходам
Справляют ярмарки
невест.
Здесь аисты, болота, змеи,
Крутой песчаный косогор,
Простые сельские затеи,
Об урожае разговор.
А я росистые поляны
Топчу тяжелым башмаком,
Я петербургские туманы
Таю любовно под плащом,
И к девушкам, румяным
розам,
Склоняясь томною главой,
Дышу на них
туберкулезом,
И вдохновеньем, и Невой,
И мыслю: что ж, таков от
века,
От самых роковых времен,
Для ангела и человека
Непререкаемый закон.
И тот, прекрасный
неудачник
С печатью знанья на
челе,
Был тоже – просто первый дачник
На расцветающей земле.
Сойдя с возвышенного
Града
В долину мирных райских
роз,
И он дыхание распада
На крыльях дымчатых
принес.
1921